Она должна была прибыть сегодня на переговоры в Белый дом. Вице-премьер правительства Владислав Николаевич Лепин взглянул на часы. До встречи с делегацией оставалось около пятнадцати минут. Нужно было заканчивать совещание. Он коротко кашлянул. Выступавший министр взглянул на вице-премьера и, уловив его решительный жест, согласно кивнул головой — понял, что пора закругляться. Министр начал говорить энергичнее и через две минуты закончил доклад.

Лепин взглянул на него с благодарностью. Этот человек всегда был сообразительнее других. Он поднялся, чтобы закончить совещание. До встречи оставалось еще достаточно времени, чтобы из зала заседаний вернуться в свой кабинет и даже поговорить с премьер-министром. Он коротко перечислил основные моменты, на которые нужно было обратить внимание, и объявил совещание закрытым, к удивлению некоторых министров, ожидавших очередного разноса.

Выйдя из зала, Лепин быстро прошел в свой кабинет. До встречи с делегацией оставалось десять минут. Он уже собирался позвонить премьеру, чтобы доложить ему о результатах совещания, когда раздались гудки телефона правительственной связи. Лепин покосился на аппарат. С президентом и премьером у него были телефоны прямой связи. Но по этому аппарату мог звонить только ограниченный круг лиц — вице-премьеры, некоторые министры, руководитель аппарата президента. Лепин взглянул на телефон с ненавистью, словно опасаясь, что он отнимет у него много времени.

Лепину шел сорок пятый год. Он относился к той категории мужчин, которые нравятся женщинам. Высокого роста, с красивыми, всегда аккуратно подстриженными седеющими волосами, он раньше активно занимался горнолыжным спортом и легкой атлетикой, что благоприятно сказалось на его фигуре. У него было слегка вытянутое, продолговатое лицо, широко расставленные глаза, сильный, волевой подбородок. Еще раз взглянув на часы, Лепин поднял трубку:

— Я вас слушаю.

— Здравствуй, Владислав, — раздался ненавистный голос.